Потерянный рай

Серебряное кольцо проводит несколько экскурсий, связанных с дворянскими усадьбами окрестностей Петербурга. Я побывала на одной из их, «Знаменитые усадьбы и громкие имена Оредежского края» и хочу поделиться впечатлениями. Даты, цифры, фамилии приводить не буду, наверняка напутаю. Атмосферу — попробую передать.

Экскурсия красива. Усадьбы, заросшие парки и тихие воды дышат ностальгией и грустью.

В этих местах прошло детство и юность Набокова. Фотографии будут сопровождаться цитатами из книги «Другие Берега», где он вспоминает ушедшую цивилизацию дворянской загородной жизни.

Мое открытие себя произошло в деревне, летом… я вдруг появляюсь на пестрой парковой тропе… упруго семеня, то переступая с подковки на подковку солнца, и опять семеня, посреди дорожки. я вижу себя в тот день восторженно празднующим зарождение чувственной жизни.


Я с праздничной ясностью восстанавливаю родной, как собственное кровообращение, путь из нашей Выры в село Рождествено, по ту сторону Оредежи: красноватую дорогу – сперва шедшую между Старым парком и Новым, затем колоннадой толстых берез, мимо некошеных полей, – а дальше: поворот, спуск к реке, искрящейся промеж парчовой тины… белую усадьбу дяди на муравчатом холму.



Проснешься, бывало, летним утром и сразу, в отроческом трепете, смотришь: какова щель между ставнями? Ежели водянисто-бледна, то валишься назад на подушки; не стоит и растворять ставни, за которыми заранее видишь всю досадную картину — свинцовое небо, рябую лужу, потемневший гравий, коричневую кашицу опавших соцветий под кустами сирени и преждевременно блеклый древесный листок, плоско прилипший к мокрой садовой скамейке! Но если ставни щурились от ослепительно-росистого сверканья, я тотчас принуждал окно выдать свое сокровище: одним махом комната раскалывалась на свет и тень. Пропитанная солнцем березовая листва поражала взгляд прозрачностью, которая ‘бывает у светло-зеленого винограда; еловая же хвоя бархатно выделялась на синеве, и эта синева была такой насыщенности...

Вид из окна усадьбы в Рождествено.


У Набокова был повод бродить по лесам и долам ежедневно с утра много часов — он увлекался энтомологией, бабочками. Всю прогулку в окрестностях оредежских усадеб я искала глазами бабочек. Были! но летают, не позируют. Кажется, это единственное встретившееся терпеливое насекомое — мотылек, но пусть будет хоть он.

Сыздетства утренний блеск в окне говорил мне одно, и только одно: есть солнце — будут и бабочки. Началось все это, когда мне шел седьмой год, и началось с довольно банального случая. На персидской сирени у веранды флигеля я увидел первого своего махаона — до сих пор аоническое обаяние этих голых гласных наполняет меня каким-то восторженным гулом!

В рамке коллекции бабочек из Набоковского музея (он расположен в усадьбе Рождествено) махаон — в центре.

Пройдемся немного по паркам и лесам вдоль Оредежа.



Парк, отделявший усадьбу от полей и лесов, был дик и дремуч в приречной своей части. Туда захаживали лоси, что менее сердило нашего сторожа Ивана, степенного, широкоплечего старика с окладистой бородой, чем беззаконное внедрение случайных дачников. Были и прямые тропинки и вьющиеся, и все это переплеталось, как в лабиринте.… моя мать и я могли без труда обойти весь парк, и старую и новую его часть, по памяти...

На дореволюционном фото встретился лосенок и, наверное, сторож Иван.


Июньскому дню требовалась вечность для угасания: небо, высокие цветы, неподвижные воды – все это как-то повисало в бесконечном замирании вечера, которое не разрешалось, а продлевалось еще и еще грустным мычанием коровы на далеком лугу или грустнейшим криком птицы за речным низовьем, с широкого туманного мохового болота, столь недосягаемого и таинственного....


… и если двигаться вниз, вдоль высокого нашего парка, достигнешь наконец плотины водяной мельницы – и тут, когда смотришь через перила на бурно текущую пену, такое бывает чувство, точно плывешь все назад да назад, стоя на самой корме времени.

Леса около Оредежа стали и приютом, и свидетелями второй любви (первая — к бабочкам).


… и мы с Тамарой безраздельно владели и просторным этим парком с его мхами и урнами, и осенней лазурью, и русой тенью шуршащих аллей, и садом, полным мясистых, розовых и багряных георгин, и беседками, и скамьями, и террасами запертого дома. Мы забирались очень далеко, в леса за Рождествено, в мшистую глубину бора, и купались в заветном затоне, и клялись в вечной любви, и собирали кольцовские цветы для венков, которые она. как всякая русская русалочка, так хорошо умела сплетать...


Не менее прекрасны парков старые уютные дома.
Увы, большинство деревянных строений сгорело.

Остались только редкие жемчужины. На фото выше — бывшая оранжерея Набоковых, сейчас в здании, грубо пронзенном рельсом — ремонтная мастерская.


Исчезла усадьба бабушки в Выре, нет дома в Батово. А вот светлый дом дяди в Рождествено радует наши глаза и сейчас.
Его александровских времен усадьба, белая, симметричнокрылая, с колоннами и по фасаду и по антифронтону, высилась среди лип и дубов на крутом муравчатом холму за рекой Оредежь, против нашей Выры.

Рождественская усадьба – купленная им, собственно, для старшего, рано умершего, сына – была, говорили, построена на развалинах дворца, где Петр Первый, знавший толк в отвратительном тиранстве, заточил Алексея. Теперь это был очаровательный, необыкновенный дом. По истечении почти сорока лет я без труда восстанавливаю и общее ощущение, и подробности его в памяти: шашечницу мраморного пола в прохладной и звучной зале, небесный сверху свет.


Наезжал он (дядя) в Россию только летом, да и то не всякий год, и тогда поднимался фантастических цветов флаг на его доме, и почти каждый день, возвращаясь с прогулки, я мог видеть, как его коляска прокатывает через мост на нашу сторону и летит вдоль ельника парка.

На фотографии другая усадьба, в которой мы были на экскурсии в тот день, Демидовых. И флаг над ней реет совсем не фантастический, а всего лишь Ленинградской области. Этот осколок дворянской атлантиды сохранился потому, что с двадцатого века это поместье принадлежит больнице Кащенко.


Воспоминания об усадьбах у Набокова неотделимы от воспоминаний о родителях. Семья была счастливой — любовь и взаимопонимание объединяли детей и родителей. Про маму:

Память обо всей этой обильной далекой жизни, мешаясь с веселыми велосипедами и крокетными дужками ее девичества, украшало мифологическими виньетками Выру, Батово и Рождествено.


Вижу нашу деревенскую классную, бирюзовые розы обоев, угол изразцовой печки, отворенное окно… Ощущение предельной беззаботности, благоденствия, густого летнего тепла затопляет память и образует такую сверкающую действительность… Зеркало насыщено июльским днем. Лиственная тень играет по белой с голубыми мельницами печке. Влетевший шмель, как шар на резинке, ударяется во все лепные углы потолка и удачно отскакивает обратно в окно. Все так, как должно быть, ничто никогда не изменится, никто никогда не умрет.


И мне нравится представить себе, при громком ликующем разрешении собранных звуков, сначала какую-то солнечную пятнистость, а затем, в проясняющемся фокусе, праздничный стол, накрытый в аллее. Там, в самом устье ее, у песчаной площадки вырской усадьбы, пили шоколад в дни летних именин и рождений. На скатерти та же игра светотени, как и на лицах, под движущейся легендарной листвой лип, дубов и кленов, одновременно увеличенных до живописных размеров и уменьшенных до вместимости одного сердца, и управляет всем праздником дух вечного возвращения, который побуждает меня подбираться к этому столу (мы, призраки, так осторожны!) не со стороны дома, откуда сошлись к нему остальные, а извне, Мреет пар над шоколадом, синим блеском отливают тарталетки с черничным вареньем. Крылатое семя спускается как маленький геликоптер с дерева на скатерть, и через скатерть легла, бирюзовыми жилками внутренней стороны к переливчатому солнцу, голая рука девочки, лениво вытянувшаяся с раскрытой ладонью в ожидании чего-то — быть может, щипцов для орехов.


Черно-белые фото — с официального сайта музея Рождествено.
Цитаты — из книги Набокова, «Другие берега».

Рекомендованные туры компании "Серебряное Кольцо":
Карта:
19:06
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Подобрать тур/экскурсию на сайте "Серебряное Кольцо"