Усадьбы старые разбросаны по всей таинственной Руси

Группа по интересам: Петербург и его окрестности

Усадьба Знаменка-скромная (сейчас) соседка куда более известной Александрии.

А ведь усадьбу эту в 1835 г. за миллион рублей император Николай I купил у наследников директора Ассигнационного банка, сенатора Петра Васильевича Мятлева. Знаменка стала его подарком супруге-императрице Александре Федоровне.

Имение было присоединено к Александрии, их связали общие системы управления и дорог, в новой усадьбе началось переустройство, архитектором которого был Андрей Иванович Штакеншнейдер.

Прошло 20 лет. В сентябре 1856 г. Александра Федоровна подарила Знаменку своему сыну-Николаю Николаевичу, который к тому времени был женат на урожденной принцессе Фредерике-Вильгельмине Ольденбургской, в замужестве Великой княгине Александре Петровне.

История этого брака была не совсем простой, а, точнее сказать, совсем непростой.

Дело прежде всего в том, что до женитьбы Николай Николаевич-старший (в семье его называли «Низи») был влюблен в свою кузину по материнской линии принцессу Анну (полное имя Мария Анна Фридерика) Прусскую.

Принцесса Анна была хороша собой, интересовалась искусством, любила музыку, стала хорошей пианисткой. Да и кровей была вполне голубых: по линии матери приходилась правнучкой императору Павлу I, а по отцу – внучкой королю Фридриху Вильгельму III. Препятствием ее к браку с Низи стало близкое родство и риски, с ним связанные.

Императрица Александра Федоровна озадачилась срочным поиском подходящей партии для сына.

Достойной внимания ей показалась принцесса Александра Ольденбургская, старшая дочь принца Ольденбургского и принцессы Терезы. Она родилась в Санкт-Петербурге, получила прекрасное воспитание и образование, особенно увлекалась литературой, музыкой и рисованием.

Но самым важным, судя по сохранившейся краткой записке юной Александры, для нее оказалось то, с кем из троюродных братьев она сидела рядом за столом в Аничковом дворце во время семейного обеда: «В декабре 1853 года в первый раз обедала во дворце. Я сидела между Котею и Софии. А возле Софии сидел Низ. А второй раз обедали во второй день Пасхи. Тогда я сидела между Низею и Мишелем…».

И это неудивительно, так как ее кузены вполне могли стать для нее потенциальными женихами. Николай Николаевич в итоге и стал.

На одной из многочисленных акварелей Эдуара Петровича Гау с изображениями изысканных интерьеров Аничкова дворца есть собственноручная надпись Николая Николаевича: «Красная гостиная, где я сделал предложение в 1855 году 13 ноября – Хотите сделать мое счастие».

И на другой акварели: «Уборная императрицы-матушки, где она нас благословила в ноябре 1855 г.».

В 1855 г. Великий князь Николай Николаевич женился на принцессе Александре Петровне Ольденбургской.

«Государь и государыня в восторге от этой свадьбы…так как принцесса Александра, кроткое симпатичное существо, должна оказать хорошее влияние на князя. Надо надеяться, что в своем почетном положении мужа великий князь образумится. Это ему совершенно необходимо, так как он провел свою жизнь в далеко не блещущем умственными интересами обществе фрейлин своей матери». (Из дневника Анны Федоровны Тютчевой, фрейлины императрицы Александры Федоровны).

Молодые затеяли очередную перестройку Знаменки, которая была поручена архитектору Геральду Эрнестовичу Боссе. Именно по его проекту в усадьбе появился и Конюшенный корпус: Великий князь, будучи генерал-инспектором кавалерии, питал пристрастие к лошадям.

Конюшенный корпус сам весьма походил на дворец своими размерами и великолепным декором, включал манеж и ложи для гостей, десятки стойл для лошадей всех наиболее известных в мире пород, лазарет, жилые помещения для конюхов и борейторов.


В 1859 г. завершилась отделка здания дворца, который представал теперь во всем великолепии роскошных фасадов в стиле барокко.

В этом же стиле был выполнен и двухэтажный Кухонный (Кавалерский) корпус.

Молодая княгиня была увлечена семейной жизнью, обустройством в усадьбе и творчеством: «она чудесно рисовала, и ее картины были развешаны в рамах в имении Знаменка». (Из воспоминаний ее внука, князя Романа Петровича).

Великий князь самолично спроектировал парк вокруг дворца. Прямо от главного здания в него вела Сиреневая аллея (сейчас сирень в парке сохранилась в очень малом количестве, в частности, на месте Сиреневой аллеи ее совсем не осталось).

Жизнь княжеской четы казалась совершенно безоблачной. Но при ближайшем рассмотрении все оказывалось совершенно иначе.

«Их брак оказался несчастливым. После десятилетнего супружества, по мнению мужа (и не только его), она (Великая княгиня-комментарий мой) перестала блистать красотой и женственностью. У них родились двое мальчиков – Николай и Петр. Свою жену Николай Николаевич никогда особенно не любил. В первые годы их совместной жизни относился к ней ровно, но со временем их семейная жизнь становилась все хуже и хуже, а потом и вовсе все пошло кувырком. Жену великий князь постепенно просто возненавидел. После рождения сына Петра она стала толстой, неповоротливой и ворчливой. Когда в обществе речь заходила о его супруге, то Низи называл ее не иначе, как «корова» или «эта женщина».(Из книги Пазина М.С. «Запретные страсти великих князей»).

Николай Николаевич был страстным поклонником балета, а точнее-балерин, лицезрение которых приводило его в состояние экстаза.

«После представления он всегда уходил за кулисы, где с умилением проводил время в обществе раскованных и кокетливых девиц. Великий князь дарил им подарки, без стеснения похлопывал по попкам и щипал за бока, а они только игриво хохотали. Прямо как в старинных стихах говорится: «Его Превосходительство / Любил домашних птиц / И брал под покровительство / Хорошеньких девиц» ©.

Претендентка на сердце Великого князя не замедлила явиться. Ею оказалась хорошенькая и молоденькая Екатерина Числова, которая была на пятнадцать лет моложе князя. На первый взгляд она была ласковой и нежной, но за этим образом милашки скрывался железный характер.

«Он был влюблен настолько, что над сценой театра в Красном Селе приказал запечатлеть ее образ в медальоне. Многим поколениям офицеров было об этом известно, но прошли годы, и новые хозяева театра уже не знали, что на медальоне изображена любовница Николая Николаевича. И только при реставрационных работах под медальоном нашли надпись: «Числова»» ©.

Узнав, что у мужа появилась вторая семья (у князя и Числовой уже были и дети) при живой жене, Александра Федоровна начала закатывать скандал за скандалом и бросилась за помощью к императору. Однако Александр II ее только высмеял: «Послушайте, ваш муж в полноте сил (а Николаю Николаевичу тогда было только немного за тридцать), ему нужна женщина, которая могла бы ему нравиться; теперь посмотрите же на себя… как вы одеты!»,-чем страшно оскорбил Великую Княгиню.

Ему в принципе надоели все эти дрязги в семействе брата-последовал приказ о высылке Числовой в городок Венден в Прибалтике, а Александру Петровну, обратившуюся к нему с очередной жалобой на мужа, император отправил за границу «для лечения», чтобы «без особого уведомления» она в России не смела показываться.

После гибели Александра II в 1881 году новый император Александр III позволил бывшей балерине вернуться в столицу, где та стала жить вместе с великим князем Николаем Николаевичем в его Николаевском дворце и усадьбе Знаменка. В здании дверца и в прекрасном парке резвились уже пятеро совместных детей князя и Числовой.

Позже в 1883 г. император Александр III пожаловал детям дворянские права и фамилию Николаевы.

Жизнь Низи с Екатериной Числовой покоем совершенно не дышала. При любой попытке Великого князя взглянуть чуть более пристально на очередную балеринку, «она закатывала ему скандалы, которые гремели на весь Петербург. При этом она, дочь кухарки, в выражениях не стеснялась и крыла великого князя на чем свет стоит».

Генеральша Богданович в 1888 году внесла в свой дневник последние новости с любовного фронта Великого князя: «Этой осенью Николай Николаевич выехал из Знаменки, распростился со всеми и переехал на ночь в Петербург. Вдруг в ту же ночь прислугу в Знаменке будят и говорят, что великий князь вновь приехал с Числовой. Она направилась в его комнаты и в присутствии его камердинера Зернушкина стала вытаскивать все из столов, из комодов, бросать все на пол и кричать, что она найдет все, что ей нужно; что она должна удостовериться, есть ли у него любовные интриги. Зернушкин затем говорил, что жаль было смотреть на великого князя – он был сильно расстроен, все просил собрать вещи, чтобы другие не видели этого беспорядка. Теперь он запретил себе подавать письма, всю его корреспонденцию несут к ней, она за ним устроила целый строгий надзор. Великий князь рано встает, Числова в 3 часа, и она ему не позволяет спать ранее 2 часов и долее, а если он уснет в кресле, она так сердится, что заставляет его ложиться еще часом позже. Вот деспот! Как это он все терпит?» ©.

В декабре 1889 г. Екатерина Числова скончалась от рака пищевода. Николай Николаевич тяжело ее оплакивал и пережил всего на два года.

Александра Петровна умерла в один и тот же день, что и ее супруг, но девятью годами позже в Свято-Покровском монастыре в Киеве, где и покоится под именем инокини Анастасии.

Вот такие семейные шторма бушевали за оградой нынче тихой и практически безлюдной Знаменки.

19:05
12:22
+2
Императора Александра II вполне можно понять — и сам был хорош. За что и не удостоился причисления к мученикам, несмотря на мученическую же смерть.
Про портрет Числовой в Красносельском театре не знал, а вот о том, что там «отметились» Николай Александрович с Кшесинской слышать приходилось. Как всё взаимосвязано!
Увы, сгорел деревянный театр во время войны, сейчас там пустырь…
12:40
+1
Александр, благодарю за интересный комментарий. Да, в отношениях со слабым полом у Александра II тоже все было весьма запутано: и внебрачный сын у него имелся, и даже потеря прав на престол грозила из-за намерения жениться на Ольгой Калиновской. Цари и наследники-все люди, ничто человеческое им не чуждо.
А я как раз не знала про то, что в Красносельском театре «отметились» Николай Александрович с Кшесинской. Нужно почитать.
02:59
+1
спасибо Лена, да уж… ничто не чуждо царям человеческое… blush
07:59
+1
как мы дружно погрузились в романтику дворянских гнезд: )))
Читаю заголовки недавних постов — «Усадьбы старые разбросаны по всей таинственной Руси», «Потерянный рай», «Нет повести печальнее на свете»
12:13
Ирина, ну мы же такие-ориентированные на результат. Раз июнь-месяц усадеб, то пишем дружно про все усадьбы, где бывали, поддерживаем и развиваем интерес к этим осколкам истории. А я усадьбы всегда любила, хлебом не корми-дай про них пописать, особенно те, где интерьеры сохранились. Так что тут все сошлось к всеобщему удовольствию.
15:15
+1
первое название было Чижик-Пыжик где ты был? На Фонтанке водку пил) Но водки нам не налили, название пришлось вычеркнуть в силу обстоятельств
15:42
Аня, спасибо. Смеялась от души над логикой названия crazy
11:28
+1
Леночка, наверно, и Е.Я.Кальницкой пора присоединять Знаменку к Александрии, а то она(Знаменка) так и будет пребывать в запустении!?
12:14
Интересная мысль, Наталия! wink
23:03
+1
Интересно, а что там сейчас? Можно ли попасть на территорию и прогуляться по парку?
09:30
Попасть на территорию и гулять по ней можно, вход свободный. Фотографии недельной давности в посте. Само здание усадьбы закрыто. К некоторым служебным зданиям (например, к дому садовника) подход ограничен, но сфотографировать их можно. Можно осмотреть снаружи также конюшни. На прудике даже ловят рыбу.
На территории действующий Храм, так что посмотреть можно, но осторожно:))) Там территорию охраняют собаки.
14:21
Мы подошли к охраннику и спокойно у него расспросили, он нам показал, куда можно ходить. куда не стоит. А собака, кстати, мирно дрыхла в кустах. В церкви шло крещение, народу на территории усадьбы было немного.
15:51
+1
Так я и думала:)) Была с Открытым городом они нам шаг влево сделать не дали, ссылаясь, что там строгое руководство. Не дали мне сделать хороший кадр через окно усадьбы.
14:12
+1
Вот ведь)) американские горки отношений богатой на щедрость русской души. Лена, читала, раскрыв рот! ничего не меняется со временем. Но самое приятное то, что мужчины строят дворцы в знак увековечивания своего предназначения — боготворить всё женское)
И пусть ничего не меняется, побольше нам дворцов и храмов, внимания и веры.