Колонны со львами, сидящими строго, манящие таинством снова и снова

Продолжаем разговор про «роковую вдову». Начало здесь.

Мы расстались с графом Полье в момент вручения им Александру Гумбольту одного из первых найденных на Урале алмазов. На колье для дражайшей супруги Варвары Петровны камней Крестовоздвиженских приисков тоже хватило. Но счастья эти алмазы не принесли, хотя и не в минералах вовсе дело.

Адольф Полье вернулся из уральской поездки нездоровым. Чахотка—вот тот недуг, в пламени которого сгорел граф. В марте 1830 года 35-летний супруг графини Полье скоропостижно скончался.

Планы восстановления Парголовского имения и дальнейшего благоустройства парка остались нереализованными.

Да бог с ними, с планами—сердце Варвары Петровны было разбито. Я повторюсь, что этот брак был заключен по взаимной страстной любви, поэтому вдова была безутешна. Она поселилась в своей усадьбе в Парголове, где умер ее муж, и каждый день ходила плакать на его могилу. Летом 1830 г. Александр Пушкин писал невесте: «…графиня Полье почти сумасшедшая; она спит до шести часов вечера и никого не принимает». Дворец пустынен, и не слышатся в нем больше звуки мазурок и вальсов.

Граф был похоронен здесь же, в усадебном парке в изящном гроте, высеченном в горе. Гора стала называться Адольфовой, к ней вела Адольфова аллея. Рядом с большой яшмовой плитой, под которой покоились останки супруга, вдова велела положить еще одну, точно такую же, предназначенную для себя.

«Снаружи и внутри грот был убран тропическими растениями, каждый день вдова осыпала могилу богатейшими цветами. Ходила по гроту, припадала к плите, рыдала, слезы свои собирала в батистовый платок и, уходя, клала его меж роз на плиту мужа. Деревенские ребята приносили ей кучи светящихся червячков, она им платила по пятиалтынному за штуку; когда темнело, разбрасывала червячков по гроту, они расползались по пальмам, лилиям и розам, графиня любовалась иллюминацией, обливалась горючими слезами и разговаривала со своим Адольфом. Когда она утром уходила, ребята собирали червячков и вечером опять продавали ей. Рассказывали анекдот, что какие-то шалопаи-студенты подглядели ночные сетования вдовы и устроили такую штуку: один из них заблаговременно спрятался в склеп. В то время как она рыдала и упрекала мужа, что он покинул ее одну на белом свете, вдруг из недр земли раздался глухой голос:

– Я здесь, я жду тебя, приди ко мне!

Графиня сломя голову бросилась из грота и с тех пор в него ни ногой».

Викентий Вересаев. «Пушкин в жизни. Спутники Пушкина».

Вскоре Варвара Петровна обратилась в духовную консисторию с просьбой разрешить строительство каменной церкви по проекту Александра Брюллова, брата того самого Карла Брюллова. Разрешение она получила, но склеп неправославного графа должен был находиться за пределами церковной ограды. Изначально предполагалось освятить храм в честь святой великомученицы Екатерины, но в итоге он стал называться храмом святых апостолов Петра и Павла.

Строительство храма началось летом 1831 года и длилось 10 лет. А освящен храм и вовсе был только в 1846 году. С этого момента Петропавловская церковь стала семейным храмом владельцев имения в Парголово.

Летом 1872 года в храме состоялось венчание Николая Римского-Корсакова с Надеждой Пургольд (Пургольды на лето снимали дачу в Парголово), а шафером на свадьбе был Модест Мусоргский.

Портрет Надежды Пургольд.

Мы совсем позабыли про нашу вдову. А меж тем, по понятиям той эпохи была она «уже не в летах пламенных восторгов». Но, как говорится, «не благодаря, а вопреки» сыскался и новый претендент на ее руку и сердце.

В 1833 году графиня Полье вместе с сыновьями и сестрой друга Пушкина Юлией Карловной Кюхельбекер уехала за границу, а уже в 1834-м, опережая события, тот же Александр Пушкин писал в своем дневнике: «Из Италии пишут, что графиня Полье идет замуж за какого-то принца, вдовца и богача. Похоже на шутку, но здесь об этом смеются и рады верить». Пушкин, кстати, познакомился с графиней Варварой Петровной Полье, будучи женихом Натальи Гончаровой. Ее тетка Екатерина Ивановна Загряжская проживала в 1830 году в Парголове у графини Полье уже после смерти супруга последней, и Пушкин нанес дамам визит, сообщив об этом в письмах невесте дважды, 20 и 30 июля.

В каждой шутке есть доля шутки, действительно, новым избранником графини стал англичанин Георгий Вильдинг. От своей первой супруги, княгини Бутера из Палермо, он унаследовал титул, фамилию и завидное положение в сицилийском обществе. Роман разгорался, князь искал повод и возможность перебраться на родину будущей супруги. Таковой повод нашелся, господин Бутера отправился в Санкт-Петербург чрезвычайным посланником Королевства Обеих Сицилий, и в начале 1836 года графиня Полье стала княгиней di Butera-Radoli.

Варвара Петровна вновь воспряла к жизни и принялась устраивать карьеру своего нового супруга в России. Для этого нужны были связи, связи и еще раз связи. Дом Бутера распахнул свои двери для гостей блестящих приемов и роскошных балов.

«С вечера у княгини Голицыной пришлось уехать на бал к княгине Бутеро. На лестнице рядами стояли лакеи в богатых ливреях. Редчайшие цветы наполняли воздух нежным благоуханием. Роскошь необыкновенная! Поднявшись наверх, матушка и я очутились в великолепном саду – перед нами анфилада салонов, утопающих в цветах и зелени. В обширных апартаментах раздавались упоительные звуки музыки невидимого оркестра. Совершенно волшебный очарованный замок. Большая зала с ее беломраморными стенами, украшенными золотом, представлялись храмом огня, – она пылала… В толпе я заметила Дантеса… Через минуту он появился вновь, но уже под руку с г-жою Пушкиной… барон (Геккерн-Дантес) танцевал мазурку с г-жою Пушкиной – как счастливы они казались в эту минуту».

Из дневника фрейлины Марии Карловны Мердер.

Супруги Бутера стали хорошо известны в светском обществе. Именно князь и княгиня стали свидетелями на свадьбе Дантеса и Екатерины Гончаровой и были достаточно хорошо знакомы с семьей Пушкиных.

В письме княгини Карамзиной написано: «Сегодня после обеда едем кататься верхом с Гончаровыми, Эженом Балабиным и Мальцевым… Завтра всей компанией устраивается увеселительная прогулка в Парголово в омнибусе»

И после прогулки:

"… Мы получили разрешение владетельницы Парголово княгини Бутера на то, чтобы нам открыли ее прелестный дом, и мы уничтожили превосходный обед — пикник, привезенный нами с собой, в прекрасной гостиной, сверкающей свежестью и полной благоухания цветов. Николай Трубецкой взял на себя дорогостоящую поставку вин и исполнил это широко и щедро. Креман и Силлери* лились ручьями в горла наших кавалеров, которые встали все из-за стола более румяные и веселые, чем когда садились, особенно Дантес и Мальцов… Только в десять часов мы смогли оторваться от прелести упоительного вечера, от цветущих парголовских рощ и по дороге сделали остановку на даче княгини Одоевской, чтобы выпить чаю. Что до наших мужчин, то они вовсю угостились глинтвейном, который приготовил для них князь".

Третий брак Варвары Петровны длился около пяти лет. В 1841 году княгиня вновь осталась одна, ей было всего 45. Богатой и привлекательной трижды вдовой она прожила до 1870 года, завещав сыновьям похоронить себя в Висбадене, где она ранее не раз бывала. В мозаичной мастерской Спаса на крови братья Шуваловы заказали великолепную икону Богоматери. Здесь же похоронена и ее компаньонка Юлия Кюхельбекер. В Висбаден, согласно завещанию матери, сыновья перевезли и прах Адольфа Полье. Варвара Петровна и в смерти не захотела разлучаться со своим обожаемым супругом.

Вход на кладбище в Висбадене. Фото из сети.

Еще раз напомню, что Шуваловский парк и дворец наша группа с гидом Ильей Кудельским посетила во время замечательной экскурсии «Переплетение судеб: Шуваловы, Воронцовы, Дашковы».

Сейчас, когда парк одет в золото листвы, самое время туда отправиться.

Карта:
13:04
RSS
22:29
+1
а мы пару лет назад на этой экскурсии смотрели на дворец через щель в заборе)))
13:58
+1
Да, мы тоже с мужем пару лет назад только вокруг круги нарезали. А сейчас все доступно. Плати денежку и вэлком. eyes
16:25
+1
Только вот дворец этот к Варваре Петровне никакого отношения не имеет. Строился он через 50 лет после ее смерти и достроен до революции так и не был.
17:52
Андрей, я знаю. Но рассказывают про историю Шуваловых-Воронцовых в этом дворце, поэтому я сочла возможным привести здесь те фотографии, которые я сделала в НИИ ТВЧ.
Если так, то возникает вопрос, что за дворец на рисунке позапрошлого века? Он явно не тот, что сегодня. И что с ним стало?
Пока наиболее полную информацию нашёл на trip-together.ru — пишут, что при Варваре Петровне строился Малый дворец, а в начале 20 века — Большой, но Малый тоже сохранился. Видимо, на экскурсии только Большой показывали
17:53
Я отвечу попозже, найду источник, где это фото приведено. Ссылку я сохранила.
На экскурсии показывают только один дворец, и то, в основном, читают лекцию о владельцах в одном из залов. По дворцу мало где водят.
И то это прорыв. Пару лет назад вообще вокруг забора только бегали, внутрь парка не пускали никого.

Подобрать тур/экскурсию на сайте "Серебряное Кольцо"