Тур по Золотому кольцу «Сокровищница городов русских»: Череповец-Пошехонье-Рыбинск

Знакомство с Череповцом мы начали с одного из самых красивых и значимых его мест — Соборной горки, на которой возвышается памятник XVIII века Воскресенский собор. Изначально храм задумывался и строился как монастырский -здесь была территория Воскресенского мужского монастыря.

К приближающемуся Рождеству рядом с храмом возведён вертеп

В начале XIX века в Череповце в семье предводителя уездного дворянства В. В. Верещагина родились двое сыновей, оставившие заметный след в истории нашей страны. Это знаменитый художник-баталист Василий Верещагин и его старший брат Николай – основатель отрасли сыро- и маслоделия в России. У Николая и Василия были ещё двое братьев, Сергей и Александр. Сергей в возрасте 33 лет погиб на фронте. Он, как и Василий, проявлял задатки художника но, увы, они не были должным образом развиты. Александр дослужился до звания генерал-лейтенанта. Всем братьям Верещагиным была уготована карьера военных: Василий и Николай закончили Морской кадетский корпус в Петербурге.

Но Василий нашёл в себе смелость, блестяще сдав выпускные экзамены, отказаться от службы. Возмущенные этим поступком, родители лишили его материальной поддержки. Несостоявшийся моряк поступил в Академию художеств, где ему назначили стипендию. Позже обучался в Париже у Жана Леона Жерома, но в итоге в академической живописи разочаровался.

Хотя Верещагина называют художником-баталистом, сам он не вполне был согласен с подобной оценкой. Он создавал целые циклы картин, отражающих мирную жизнь в тех странах, которые посещал. «Много ездил, рано понял, что железные дороги и пароходы на то и созданы, чтобы ими пользоваться… Путешествие признаю великою школою — много видел и слышал и имею сказать много. Говорил, рисовал и писал с искренним намерением поведать другим то, что узнал сам.» — говорил Верещагин.

Его картины, посвящённые войне, изображали не триумфальные сцены побед, а её ужасную подноготную: массовую гибель людей, их страдания. Художник принимал участие в боевых действиях, он считал, что: «… Дать обществу картины настоящей, неподдельной войны нельзя, глядя на сражение в бинокль из прекрасного далека, а нужно самому все прочувствовать и проделать, — участвовать в атаках, штурмах, победах, поражениях, испытать голод, холод, болезни, раны… нужно не бояться жертвовать своей кровью… иначе картины мои будут «не то».

Верность принципам стоила Верещагину здоровья- он был серьёзно ранен на Русско-турецкой войне и даже жизни – художник погиб на броненосце «Петропавловск» у Порт-Артура.

Старший брат Василия Николай некоторое время посвятил военной службе, но вышел в отставку и посвятил себя сыроделию. Он обучился сам этому ремеслу в Швейцарии, вернулся на родину и организовал школу сыроварения для крестьян. Николай был одержим идеей дать крестьянину дополнительный приработок и стимулировать развитие молочного скотоводства.

Николай стремился широко распространить передовой опыт ведения молочного хозяйства, писал статьи в собственных газетах, выпустил книгу. Следил за техническими новинками: когда были изобретены молочные сепараторы, способствовал поставкам их из Швеции в Россию и лицензионному производству в Санкт-Петербурге. Упрощение и ускорение технологических процессов вызвали стремительный рост числа частных маслозаводов.

Понимая, как порой человеку трудно избежать соблазна, подготовил проект закона о фальсификации масла и о контроле качества молочной продукции, который был утвержден в 1891 году. Сам Николай Васильевич Верещагин под конец жизни так подвёл итоги своей деятельности: «…Мне пришлось: 1) приучить обрабатывать молоко сообща, 2) снабдить надлежащей посудой, 3) ввести у нас выработку всех сортов масла и сыров, 4) организовать их сбыт на внутренних рынках и за границей, 5) ввести контроль и определение качества молока, 6) доказать пригодность русской молочной коровы для переработки усиленных кормов и оплату ею этих кормов и улучшения в уходе, 7) широко распространить все добытые знания в России…».

Обидно, что в памяти потомков Николай Верещагин остался лишь как автор рецепта вологодского масла.

Сейчас в городской усадьбе Верещагиных открыт мемориальный музей.

Воссоздана обстановка, дающая представление о быте провинциального дворянства: ломберные столы, диваны и кресла, украшенные вышивками, выполненными матушкой Анной Николаевной.

Глава семьи, как почти все помещики, увлекался охотой: на ковре развешаны ружья, есть даже табуретка его собственной работы, ножками которой служат ноги лося.

Музейным работникам очень помогли воспоминания Василия Верещагина в автобиографической книге «Детство и отрочество». В музее хранится несколько рисунков Сергея наряду с копиями работ его знаменитого брата. Довольно большая экспозиция посвящена деятельности Николая Васильевича Верещагина.

После знакомства с домом Верещагиных мы отправились в историко-этнографический музей «Усадьба Гальских».

Когда-то на окраине Череповца была пустошь на высоком берегу Шексны, которую так и называли — «Горка». В середине XIX века владельцами этой земли становятся череповецкие дворяне Кудрявые. Отстроенная ими усадьба в стиле провинциального классицизма сохранила название местности «Горки».

Первым владельцем усадьбы был отставной полковник, предводитель уездного дворянства Андрей Иванович Кудрявый. В молодости он был красавцем – гусаром, о чём напоминает кивер с роскошным султаном. Андрей Иванович был человеком не бедным, судя по тому, что дал в приданое за своей дочерью Александрой поместье «Горка». Она вышла замуж за Льва Николаевича Гальского. Дворянские роды Кудрявые и Гальские не оставили заметного следа в истории России, но были известны в Новгородской губернии с XVII века и честно служили Отечеству.

Принимала нас, гостей, экономка

Мы осмотрели столовую, кабинет хозяина, библиотеку, спальни и детскую, а закончили знакомство с домом в парадной зале.

«Горка» находилась во владении помещиков Гальских до национализации 1917 года. В 1918 году на базе поместья был организован совхоз. Семье Гальских выделили несколько комнат в прежде принадлежавшем им доме. Кроме них в здании размещались контора совхоза, детские ясли, квартиры рабочих и зоотехническая испытательная лаборатория.

С 1922 года здание находилось на балансе Губернского отдела народного образования. В нем располагался сельскохозяйственный техникум, позднее – общежитие. В 1931 году дом был передан на баланс Воронинскому техникуму молочного хозяйства, затем совхозу.

В результате смены владельцев и капитального ремонта, произведённого без архитектурного надзора, были утрачены лепнина и паркет, изменился облик барского дома. Чудом уцелела дубовая лестница, ведущая с первого на второй этаж.

Долгая кропотливая реставрация проводилась московскими специалистами, дому вернули его первоначальный облик. Экспозицию музея во многом удалось собрать за счёт вещей, когда-то принадлежавших Гальским, и принесённых в дар или проданных череповчанами. Значительный вклад сделали потомки дворянского рода.

Помимо господского дома сохранилось немало надворных и хозяйственных построек: дом управляющего, две людские избы, конюшня, жеребятник, два амбара, шорная мастерская. В конюшне и сейчас содержатся лошади.

Посетив оба музея-усадьбы Верещагиных и Гальских, мы получили представление о быте дворян в XIX века.

Покинув Череповец, мы отправились в Пошехонье – городок парадоксов. Про него говорят, что это «город пяти рек и семи мостов». Хотя название ему, а точнее, всей окружающей местности дала одна река- Шексна (её древнее имя — Шехона, Шехонь, Шехна, потому и Пошехонье).Город, выросший из монастырского села Пертома, стоит на месте, где четыре речки — Сога, Шельша, Пертомка и Троицкий ручей — впадают в пятую, Согожу. А где же Шексна, спросите вы? А Шексна была по большей части поглощена Рыбинским водохранилищем. Пошехонью повезло: разлившаяся вода затопилалишь несколько ближайших сёл, но остановилась у края города.

Встретивший нас экскурсовод сообщила, что Пошехонье прославлено не только популярным в советское время сыром. Его имидж, правда, несколько неоднозначный, ему создали писатели. В 1798 году ярославский уроженец, писатель, фольклорист и балагур Василий Березайский написал книгу «Анекдоты древних пошехонцев». Истории, в которых местные жители предстают людьми недалёкими, были весьма популярны: книга выдержала несколько переизданий.

Тут позволю себе процитировать краеведа Бориса Сударушкина, который обнаружил истоки «дурацкой» славы Пошехонья в событиях XVIII века.

«О том, как здесь сложился своеобразный уклад жизни, в очерке „Ярославль при императрице Елизавете Петровне“ так писал Л.Н. Трефолев: „25 ноября 1741 года пало правительство, управлявшее Россией от имени младенца — императора Иоанна Антоновича. На престол вступила Елизавета. Переворот совершился быстро, в одну ночь: но события этой ночи надолго возвеличили солдат, способствовавших воцарению дочери Петра Великого. Почти весь Пошехонский уезд, составлявший и тогда часть Ярославской провинции, был разделен на участки, пожалованные импровизированным господам-помещикам“. Неграмотные, забитые солдаты в одночасье стали владельцами земли, деревень и крепостных душ. Было отчего закружиться голове: из грязи — да в князи. Можно предположить, что над новоявленными господами потешались все, кому не лень, в том числе их собственные крестьяне. Ситуация сложилась поистине анекдотическая, которая не могла не породить анекдотов. И они появились. Можно с уверенностью сказать, что к этим анекдотам „приложили руку“ и сами пошехонцы, которым было выгодно изображать из себя недотёп, с которых нечего взять. В этом отношении анекдоты о простаках-пошехонцах появились таким же образом, как народные сказки об Иванушке-дурачке, который сам себе на уме и любого умника за пояс заткнет».

Екатерина Великая, благодаря указу которой и возник город Пошехонье, повелела застраивать его в соответствии с генеральным планом. От площади Свободы (бывшей Базарной) расходятся веером лучи улиц.В центре площади установлен памятник Ленину из красного, тщательно отполированного камня. Говорят, что предназначался он в дар какой-то дружественной стране, с которой отношения внезапно испортились. Слишком помпезный для маленького городка, и чуть ли не последний, установленный в СССР (в 1983 году), памятник Ленину.

Невдалеке вознёсся в ночное небо пятью главами Троицкий собор – старейшее в городе здание, построенное в 1717 году. По преданию, он поставлен на месте монашеского скита, бывшем здесь в XVI столетии.

В 1918 году городу Пошехонье присвоили идейно выдержанное наименование -Володарск, но речь не шла о переименовании. Город стал называться Пошехонье-Володарск, пошехонцы, как это повелось издавна, пошли своим, парадоксальным, путём.

Консервативные пошехонцы не слишком усердствовали, разрушая «весь мир насилья». И после революции из храмов они сравняли с землёй только Рождественский собор. Сохранились и традиционные для дореволюционного Пошехонья многочисленные промыслы: золотобойное дело (производство сусального золота), маслодельни и небольшой сыроваренный завод. Масло- и сыроделие расцвели в Ярославской губернии, в том числе в Пошехонье, благодаря стараниям Николая Васильевича Верещагина по внедрению европейских технологий переработки молока.

Крупный сыродельный завод в Пошехонье был построен уже при Советской власти, в 1933 году. Именно здесь Павлом Антоновичем Авдиенко была разработана технология производства пошехонского сыра. После развала СССР завод закрылся, сейчас есть планы по его реанимации.

Об истории города, занятиях его жителей из глубины веков и до наших дней нам рассказали в краеведческом музее.

Но начали с богатств местных лесов.

Концертные гусли

Отрадно, что здесь собираются и создают замечательные рукодельные шедевры мастерицы всех возрастов. Вышивка традиционных узоров, лоскутное шитьё, ткачество, вязание, плетение кружев – кажется, нет ни одного рукоделия, котором бы не владели пошехонки. Народные костюмы на вешалках ждут своего часа: здесь проходят праздники. Пряничные ёлочные игрушки

Прощались мы с Пошехоньем с чувством сожаления из-за того, что наш визит сюда показался коротким. В этом маленьком симпатичном городке хочется задержаться подольше.

В Рыбинск мы приехали в полной темноте, но его центр прекрасно освящён. Грамотная подсветка делала Спасо-Преображенский собор – эту архитектурную доминанту города — ещё величественнее, чем при свете дня.

От собора по Волжской набережной мы дошли до памятника бурлаку.

Рыбинск называли «столицей бурлачества». С XVI века до XIX, когда пришла эпоха паровых двигателей, речные суда против течения тащили бурлаки. Волга была главной транспортной артерией России, а Рыбинск стал крупным перевалочным пунктом на ней. Выше по течению река становилась мельче и грузы, в основном, хлеб, здесь перегружались на суда с меньшей осадкой, которые так и назывались «зарыбенские». В Рыбинске действовала большая биржа бурлаков, во время навигации их здесь собиралось до 130 тысяч, тогда как население города насчитывало не более 7000 жителей. Тяжёлый труд бурлаков хорошо оплачивался, поэтому наниматься на работу стекались и крестьяне, и городская беднота. Существовали даже женские артели. Соответственно, и нагрузка была разная: если у женщин на каждую 1000 пудов клади на судно ставилось по пять бурлачек, мужчин – только по трое.

Неподалеку светилась в темноте светлыми стенами нарядная часовня Николая Чудотворца – небесного покровителя моряков, путешественников, купцов. Построена она была в память о чудесном спасении царя Александра II от смерти при покушении на него, которое произошло 4 апреля 1866 года. В советское время часовня была перестроена, в ней располагалось отделение милиции. Сейчас Никольской часовне возвращен первоначальный вид, восстановлена внутренняя отделка, которую мы, увы, не смогли осмотреть.

15:40
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Подобрать тур/экскурсию на сайте "Серебряное Кольцо"