Творенья рук, души творенья мир наполняют светом и добром

«Я побывал в Выборге, сам все осмотрел и купил. За садом море. Часть сада имеет большие камни и деревья — весьма дикого вида — и сквозь них зигзагами вьются очень уютные английские дорожки».

Так описывал в письме к сыну Паулю свои впечатления от визита в усадьбу Монрепо Людвиг Генрих Николаи.

Предложение купить Монрепо поступило Николаи от прусского принца Фридриха Вильгельма Карла Вюртембергского, старшего брата великой княгини Марии Федоровны после его (принца) внезапной отставки в 1786 году с поста выборгского наместника.

Ситуация для приобретения поместья была далеко не самой благоприятной: шла война со Швецией. Плюс к тому, обустройство парка и дома для постоянного проживания требовало серьезных вложений.

Но Николаи настолько был впечатлен красотой этих мест и настолько загорелся идеей создания живописного сада, что сделка все-таки состоялась.

В 1803 году, уйдя в отставку с поста президента Петербургской Академии наук, Людвиг Генрих Николаи плотно занялся устройством собственного парка, прибегнув к помощи выдающихся садовников, архитекторов и художников так называемого «малого» двора. (Помимо главного императорского двора, имелись также «малые» дворы различных членов императорской фамилии. Из Википедии). В данном случае имеется в виду малый двор великого князя Павла Петровича и его жены Марии Фёдоровны.

Одним из таких выдающихся людей был Анри Франсуа Виолье, архитектор и живописец швейцарского происхождения, с которым Николаи связывала многолетняя дружба.

Виолье был опытным декоратором и знатоком ландшафтной архитектуры, вместе с придворным архитектором Чарльзом Камероном в 1780-х годах он спланировал, например, Собственный садик в Павловском парке.

Фото из Павловского парка.

Вполне вероятно, что Виолье мог оказывать неоценимую помощь Людвигу Николаи при устройстве сада и строительстве парковых павильонов.

Настоящим домом Монрепо стал для Джузеппе Антонио Мартинелли, итальянского художника, более 20 лет проработавшего на должности реставратора живописи Эрмитажа и принявшего участие в издании самого первого путеводителя по картинной галерее, подготовленного в 1794 году.

В год смерти Екатерины II он, неожиданно для себя, получил отставку и долгое время оставался без службы. От прозябания в нищете немолодого уже Мартинелли, пенсион которому долгое время не выплачивался, спасло приглашение от Николаи поселиться в Монрепо, куда он приехал не в привычном уже качестве реставратора живописи, а скорее, как друг семьи. Он всей душою полюбил великолепный скальный ландшафт парка и стал для Николаи не только архитектором его усадебного дома, но членом семьи. Упоминая о Мартинелли в письмах, Николаи всегда называет его “чудесным”, “милейшим”, “добряком”, “папашей”.

Мартинелли не был наемным сотрудником, но все работники в усадьбе – от управляющего до огородника – находились в его подчинении.

Именно к нему владелец поместья обращается с просьбой о полной перестройке обветшавшего и холодного усадебного дома.

Обновленный за короткое время усадебный дом стал напоминать Николаи столь любимые им дворцы великого итальянца —Андреа Палладио.

Дворец Андреа Палладио в Виченце.

Благодаря Мартинелли в усадьбе Монрепо был построен храм в греческом стиле, известный как храм Нептуна.

Позже Мартинелли занялся проектированием других парковых павильонов и замка-руины Эрихштайн. После его смерти его работу продолжил молодой архитектор Александр Павлов.

Расскажу немного об Эрихштайне.

Воздвигнуть замок на самом большом острове-скале Людвиг Николаи задумал практически сразу после приобретения усадьбы.

Он даже придумал загадочную легенду о заточенном в этой башне шведском короле Эрике (у Николаи — Эрихе) XIV:

Дух Эрика в ночи бушует,

Вокруг камня ходит и клянет, грозит

И громыхает, и трясет цепями,

И грот Медузы слышит его рев.

Поэма «Имение Монрепо в Финляндии.1804».

Поэма — своеобразный путеводитель, «литературный комментарий» к парку, написанный Людвигом Николаи. Но сейчас не об этом.

Барон Николаи не успел довести свой замысел до конца. Известно только о двух проектах башни-руины, первый выполнил архитектор Александр Павлов, о котором я уже упоминала, второй — придворный архитектор Тома де Томон.

После смерти Людвига Николаи (умер он в 1820 году) его сын Пауль, известный российский дипломат, решил завершить дело отца, но он задумал создать на острове семейный некрополь.

Проект готической капеллы был им заказан английскому архитектору Чарльзу Тэйтему.

В архиве Музейного ведомства Финляндии сохранились авторские чертежи Тэйтема, связанные с сооружением капеллы Людвигсбург (остров был переименован Паулем Николаи в Людвигштайн).

В России и в Выборге архитектор никогда не бывал, предположительно, познакомился он с бароном во время дипломатической службы последнего в Великобритании.

Построенная капелла, по мнению специалистов, совершенно не похожа на другие творения этого мастера (в России, кроме Монрепо, их больше нигде нет). Людвигсбург считается одним из лучших его строений.

Пауль Николаи, видимо, остался доволен работой английского мастера, т.к. несколько лет спустя Тэйтэм получил еще один заказ из Монрепо — проект обелиска в честь шуринов барона, братьев Броглио. Братья рано умершей супруги Пауля пали в сражениях с войсками Наполеона.

В одном посте невозможно рассказать обо всех, «руку приложивших» к созданию великолепного европейского парка Монрепо. Как писал один из путешественников в 1830-х годах: «Здесь оазис, но оазис поэтов, с розами, родниками и зелеными беседками».

Парк Монрепо посетила в туре «Экскурсионный тур в Выборг и Иматру «Парк Монрепо и Коронный парк»»".

Карта:
Баннер:
13:25
RSS
19:59
+1
Господи, какая же красота! И тепло, судя по всему.
10:14
Поездка была в конце сентября, очень тепло было, сухо и солнечно. Красота в парке нереальная, жаль только, что сейчас в нем ведутся работы по переустройству, и не все удалось увидеть. Но ничего, какие наши годы!

Подобрать тур/экскурсию на сайте "Серебряное Кольцо"